Безродный |Группа "Гости" |
Главная | Каталог статей | Мой профиль | Выход 

Преисподняя

Сокровища Тьмы
Наброски, черновики [28]
Мои первые попытки писать книги, отрывки, наброски...

Поиск сокровищ

Мертвые души

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Цитата
Покайся перед богом, и воздастся - говорит священник, что называет нас рабами бога. Но разве мы рабы? Мы рождены в свободе, и не вам решать, кому мне поклоняться. Не разгибая тела стоите на коленях, и молите всевышнего - помилуй и спаси. Но разве не в ответе мы за то, что сотворили, и не нам ли выбор дан по жизни? Жить под указкой бога, молясь в надежде рая - или идти к нему, отринув лживость веры? Не бог наш пастырь, не овцы мы, не жертвы. Лишь впавши в заблуждение, становимся рабами там, где сами боги. Каин Морте

Болталка

Контракт с Сатаной

Главная » Статьи » Мое творчество » Наброски, черновики

Первая версия Каина
Добавлено 21.02.2010

Часть 1.
Добро пожаловать в Элизиум, старый город, город дворцов и храмов, каменных домов, колон и величественных статуй, сохранившихся с древнейших времен. Некогда прекрасный, но уничтоженный и вновь возрожденный из пепла, таинственный, добрый к сильным и жестокий к слабым, наполненный древними знаниями, но ревностно скрывающий их под своими стенами, благословленный богами и проклятый ими - мой город, город безумия, который я ненавижу всей душой, но не могу его бросить. Меня зовут Каин Морте, и эта история обо мне…

Вы когда-нибудь видели ночные кошмары? Конечно видели, хоть раз в жизни, но вы просыпались в холодном поту, вас трясло так, словно сам дьявол гонится за вами. Чаще всего проснувшись, вы не помнили, что же так вас напугало, но страх держал вас в своих тисках, показывал призрачные картины, и казалось, что тени в пустоте не просто тени, и там, в углу, или возле комода затаился невидимый враг, смотрящий на тебя в предвкушении предстоящего пира. Знакомо, не так ли? В детстве иногда бывает подобное, и воспринимается в порядке вещей. Но только не у меня. Иногда, проснувшись посреди ночи, часто с криком, понимаешь, что увиденное в царстве сна повторяется вновь и вновь, ты видишь один и тот же сон много раз и помнишь каждую деталь, каждую мелочь, каждое мгновение того кошмара, что преследует тебя. Ты либо сходишь с ума, либо учишься жить с этим, сопротивляясь демонам ночи, и в итоге происходит странное – ты перестаешь боятся. Проснувшись, ты замечаешь следящую за тобой тень, и вместо того, чтобы спрятаться под одеялом и дрожать, щелкая зубами, ты смотришь на нее без страха, сколько ночей она преследует тебя, но ты цел и невредим, ты понимаешь частицей своего подсознания, что страх не имеет смысла, ночные демоны лишь плод твоего воспаленного разума, не способные причинить тебе вред, и страх постепенно превращается в нечто иное, новое, неведомое тебе ранее, твой разум тонет в этом неведомом и перестает бояться. Ты отбрасываешь все оковы и начинаешь говорить с той тьмой, что держала в объятиях страха твой разум... Так рождается безумие, но ты можешь его контролировать, то, что ты видишь, становится частью твоей жизни. Безумцы, которые попадают в цитадель сумасшедших – ты не такой, ты абсолютно нормальный человек, нормальный для окружения – но не для себя. Тень, приходящая по ночам, прочно входит в твое сознание, и ты начинаешь замечать ее везде, словно незримого спутника, вечно идущего за тобой. Постепенно ты понимаешь, что увиденное имеет значение, знаки, подаваемые монстром твоих кошмаров, становятся реальными, настолько реальными, что тебе начинает казаться, что монстр пытается говорить с тобой, он указывает на нечто, подсказывает тебе путь, он проникает в твое сознание, и остается в нем, пуская корни в глубины твоего разума.
Я замечал то, что не видел никто из моих друзей и научился отличать правду от лжи с помощью знаков, что показывала тьма моего безумия. Я чувствовал зло, как никто другой, воспринимал жестокость окружающего мира, и был единственным, кто оставался равнодушным ко всему. По другому нельзя, иначе ты провалишься в пропасть отчаяния, что возникает перед тобой, когда каждая смерть и горе близких тебе людей проплывают перед твоими глазами в ярчайших красках задолго до того, как все это случается на самом деле, и эти видения никогда не врут. Так было со мной, и эти видения были настолько реальными, пугающими, злыми, что казалось ты находишься рядом с родными в их последний миг и можешь прикоснуться к ним, но твое прикосновение становиться прикосновением смерти. Тьма из моих грез была словно подзорной трубой, позволяющей увидеть то, что не видно невооруженному глазу, проклятой подзорной трубой.
Однажды, в один из прекрасных летних дней моего детства, уничтоженного моим воспаленным разумом, я инстинктивно почувствовал зло. Не обычное зло, кроющееся в умах простых воров и разбойников, а то самое, истинное зло, беда подлетала на своих невидимых крыльях, медленно наползая на все вокруг, предвещая муки и смерть. Я не выдержал, и рассказал об своих предчувствиях отцу. Как вы думаете, он поверил мне? А вы бы поверили? «Тебе это приснилось!» - сказал он, и наказал меня. Но вскоре предсказанное мной стало сбываться. Да не просто сбываться, самые жуткие мои кошмары воплощались в жизнь, унося остатки призрачного детства и забирая последнюю надежду…
Сперва, еще до того, как я рассказал отцу о моих видениях, внешне ничего беды не предвещало, скорее даже наоборот, начало было очень радостным. В то лето 520 года третьей эры было начато строительство нового храма, посвященного Богам огненного пантеона. Был заложен первый камень, и тот день был отмечен большим праздником. Веселился весь Элизиум, танцы на улицах, пиво лилось рекой, новый храм – это всегда праздник. Казалось, что все будет таким и на этот раз. Но с первым ударом лопаты о землю в моем сознании начала вырисовываться странная картина, сперва не понятая мной. По ночам мне снилась огромная черная ворона, что летит над городом, и в след за ней опускается ночь. Странный сон, не кошмар, он был для меня страшнее любого монстра, который рвал мою душу по ночам. Ворона несла на своих крыльях погибель всему вокруг, пожиная людские души и питаясь страданиями и болью, она превращала радостные лица празднующих людей в предсмертные маски, именно такими я видел всех вокруг. С каждым днем ощущение беды усиливалось, несмотря на то, что все было более чем хорошо. Храм строился с опережением всех планов, словно его строительство и вправду было благословлено Богами…
Мой отец и мои старшие братья были среди тех, кто учувствовал в постройке храма. Меня же сделали посыльным и разносчиком воды. Все чаще я замечал на лицах людей тень страданий, мучений и смерти. Там, где остальные видели улыбку, я видел мертвое лицо и безжизненные глаза. Потухшие лица, скорбь будущей утраты, как будто злые духи пометили своих жертв перед адским пиршеством и смеются над одной из своих жертв, посылая картины их дьявольского веселья. Каждый день, час, секунда, проведенная мной среди окружающих меня людей уничтожали во мне то, что принято называть человечностью или жалостью. Теряя последнюю надежду на то, что все будет хорошо, отчаиваясь, ты становишься безразличным ко всему, беды и несчастья окружающих становятся для тебя пустым звуком, какой смысл жалеть кого-то, если ты не в силах ему помочь? Они все обречены, и точка, и не мне их оплакивать. Бесчисленные бессонные ночи, сны, что сводят с ума, кошмары, преследующие меня с самого рождения, видения, проникшие в реальность, видимые наяву, закалили меня, уничтожив во мне остатки сострадания к ближнему. Зачастую то, что заставляло содрогнуться простого человека, будь то несчастный случай или смерть близкого, у меня не вызывали даже малейших эмоций. Назовите меня бессердечным – и вы будете правы, но я привык называть это хладнокровием… Но у любого есть свой предел. Я любил своих братьев, я любил своего отца, и вскоре тень скорби легла и на них. Я надеялся, что смогу им помочь, но мои надежды были напрасными, я пытался им сказать о том, что их ждет, но никто не верил мне, ни отец, ни братья, я сам себе не верил или не хотел верить…
Мои видения начали воплощаться в жизнь, постепенно, скрывая свое истинное значение, они неторопливо приближались к часу отчаяния. Первым знаком стала необычная находка. Старатели, копающие ямы для подземных коммуникаций и хранилищ будущего храма, наткнулись на нечто. Это была сенсация, прямо в том месте, где строили храм, нашли древнюю гробницу. Естественно, что она был призвана историческим достоянием, и раз была на то воля Богов, она перешла во владение будущего храма не просто как памятник истории, а как великая ценность, как результат божественного откровения. Конечно, гробница была намертво запечатана, и жрецы тут же распорядились поставить охрану, дабы не возникало ни малейшего желания ее вскрыть у особо любопытных. А такие несомненно были, начиная от простых обывателей, и кончая верхушкой Капитула – могущественного ордена, по сути управляющего империей вместе с императором. Но жрецы Огненного пантеона сразу же предупредили, что от гробницы идет темная аура, и она наверняка защищена невиданным проклятием, ее вскрытие принесет немало бед всем вокруг. 
Мой отец решил, что мои видения были связаны с этой гробницей, и надо сказать, не без причины. Но он считал, что я всего лишь воспринимал ту энергию, что шла от нее, несомненно злую, порождающую ночные кошмары. Но он ошибался. Без всяких уговоров он отвел меня к целителю душ. Это был мудрый человек, и к моим словам он отнесся более чем серьезно. Но его интересовали не мои видения и предчувствия, а монстры, что преследовали меня по ночам. Он угадывал мои кошмары, пересказывал их, словно был свидетелем и все видел сам. Это поразило меня, я впервые осознал, что все было не случайным, не плодом моего больного разума. Целитель выслушал меня очень внимательно, причем наедине. Он понимал, что неверие моего отца не даст мне раскрыться полностью, и был прав. Затем он достал большую книгу, старую, почти не подъемную, обтянутую кожей и запечатанную бронзовыми вставками и замком. Старый пожелтевший пергамент, мелко исписанный причудливыми письменами, страницы, наполненные мудростью многих поколений, мистический трактат – толкователь снов. Целитель открыл его передо мной, пролистал несколько страниц и указал на гравюры, изображенные на пергаменте. «Укажи на тех монстров, что посещали тебя во сне» - сказал он. Я внимательно присмотрелся к гравюрам. Пролистав множество страниц, я остановился на одной, словно пораженный громом. Я не верил своим глазам – передо мной был монстр моих снов, вне всяких сомнений. Я указал на гравюру целителю, и он кивнул головой в ответ. «На тебе лежит печать Вельзевула, одного из тринадцати демонов» - сказал он. Я не знал, что это означает, по правде говоря до сих пор так и не узнал этого. Целитель провел свой, особый обряд, он называл его обрядом экзорцизма первого круга. Молитвы неведомым Богам, пентаграмма, начерченная на полу странными чернилами с неприятным запахом, дым из курилен, в которых сжигались священные травы, все это было проведено надо мной согласно трактату. Меня трясло в лихорадке, бросало из жара в холод и обратно, все тело словно попало в большую мясорубку, время для меня растянулось до бесконечности, несмотря на то, что заняло все это лишь один вечер. И случилось чудо – я впервые проснулся утром, осознавая, что это была первая ночь без кошмаров. Я не верил своим глазам, я ликовал и веселился. Веселые лица оставались веселыми, тьма не владела мной, не порабощала мой разум. Я начал верить, что целитель избавил меня от этого ужаса навсегда.

Категория: Наброски, черновики | Добавил: Morte (20.02.2010)
Просмотров: 174 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Copyright MyCorp © 2018   Используются технологии uCoz